Тема: Мировая экономика 23 октября 2007 г.
Родионов И.И.
управляющий директор Московского представительства AIG Brunswick Capital Management

«Новый Нобелевский лауреат Эрик Маскин выступал в Вышке»



Ваш комментарий*
Фамилия,
имя:
Должность,
место работы:
Ваш e-mail:
Тема:
Ваш
комментарий:
  
* — Заполните форму или отправьте на e-mail comment@vedi.ru.

16 октября в Стокгольме объявлены имена лауреатов Нобелевской премии по экономике за 2007г. Обладателями высшего научного звания стали американские экономисты Леонид Гурвиц, Эрик Маскин и Роджер Майерсон. Экономисты из США получили награды за свои исследования в области теории «создания рыночного механизма» (mechanism design theory).

В сообщении Нобелевского комитета говорится, что «благодаря пионерским работам Леонида Гурвица и дальнейшим теоретическим разработкам Эрика Маскина и Роджера Майерсона в этой области в экономике стало возможным нахождение оптимальных решений для разнообразных задач рыночной теории — от достижения экономического благосостояния общества до получения максимальной частной прибыли».

Один из лауреатов — Эрик Маскин в этом году участвовал в работе апрельской конференции в Вышке, выступал с почетным докладом.

Профессор факультета экономики ГУ-ВШЭ Иван Родионов прокомментировал сообщение Нобелевского комитета.

— Иван Иванович, Нобелевская премия по экономике вновь присуждена американцам. Почему все самые передовые исследования в экономике ведутся именно в США? Что позволяет США удерживать «нобелевское лидерство»? В Европе нет сильных экономистов? Сопоставимы ли по масштабу открытия в области экономики и открытия в других, например, точных науках, физике, математике?

— Наука в Америке развита сильнее, чем в других странах: богатейшая страна, масса возможностей и каналов для финансирования научных исследований, всегда можно тратить на науку больше, можно кормить больше ученых, а у этих ученых всегда есть лучшая возможность выделиться и занять позиции лидера. В отличие от нашей страны, в США другая система научной иерархии, для высоких ступеней которой существует фактически гарантированный доход, достаточно высокий, позволяющий существенную часть сил тратить непосредственно на исследования. Это одна сторона.

Вторая сторона — американская наука востребована бизнесом. Большие компании — производственные, финансовые, консультационные — постоянно и тесно сотрудничают с университетами (известно, что в основном наука в США сосредоточена в университетах). С этой точки зрения, условия для ученых объективно лучше, и благодаря этому американцы получают Нобелевские премии чаще, чем европейцы.

Я не считаю, что американские экономисты, те, которых я знаю, сильнее европейских, они работают на равных. Американские ученые интересны тем, что США всегда являлись центром притяжения для ученых со всего мира. Как известно, многие специалисты в отдельных областях экономики, в том числе в области корпоративных финансов, — выходцы из Индии, стран Азии, Латинской Америки. И тут Северная Америка выступает своеобразным аккумулятором. Понятно, что становление ученого во многом зависит от среды, в которой он живет, общается, — это круг общения, атмосфера научной дискуссии. С этой точки зрения, у американцев тоже имеются преимущества по сравнению с европейцами. Хотя в Европу и приезжают иностранцы, но в меньшем количестве, чем в Америку. Поэтому у американцев есть Силиконовая долина, а в Европе, несмотря на все потуги бюрократии и бизнеса, она так и не образовалась как место, где есть площадка для науки, ученой дискуссии, и в то же самое время — арена для конкуренции, соперничества.

Замечу, что в английской классификации экономика — это не science, это art. И сам Нобель премию по экономике не предусматривал, это искусственно созданная система. Только я не считаю, как это иногда говорят «пострадавшие от действий правительства» люди, что значимость исследований по экономике меньше, чем значимость исследований по физике, химии, математике. Это сопоставимые вещи. Конечно, другой понятийный аппарат, другие методы исследований, но они научны по своей сути, по уровню интеллектуального напряжения ничуть не меньше. Более того, в существенной части экономических Нобелей (может быть, не в этом году, а в предыдущие) роль математики не менее важна, чем, скажем, в физике: сложный аппарат, сложные расчеты.

— Как Вышке удается так угадывать будущих лауреатов? Из многих и многих выдающихся исследователей приглашать именно тех, кто потом получает главную научную премию мира?

— Если говорить о «даре предвидения», то ваш вопрос, скорее, шутка. Например, я в 1999 году приглашал на собрание инвесторов моего фонда г-на Стиглица, и через два года он стал Нобелевским лауреатом. И что?

Кстати, когда он выступил, воззрения будущего лауреата нам не понравились, нам казалось, что он говорит много банальностей и не то, что мы ожидали услышать.

Что у Вышки есть, так это возможность пригласить лучших: университет в силу традиций (об этом уже можно говорить в преддверии 15-летнего юбилея) может проводить определенную политику, приглашая ведущих, с ее точки зрения, специалистов. А дальше логика проста: если специалист ведущий — у него высокий шанс получить Нобелевскую премию.

— Можно ли прогнозировать, что приглашение специалистов высшего уровня к чтению лекций в университете в конечном итоге, в долгосрочной перспективе, приведет к увеличению количества российских Нобелевских лауреатов?

— Теоретически — да. Но фактически лекции, которые читают великие, большие ученые, это лекции специфические. Скорее, это пиаровское действо, это не элемент учебы.

Всегда приятно послушать умного человека, всегда очень здорово, когда этот человек сам делает реферат своих результатов, он акцентирует особенно, по-своему, и часто это получается совершенно не так, как во многих книгах о нем говорится. Там выделяется одно, а он считает, что его заслуга в другом. Но все-таки делать отсюда вывод, что из Вышки табуном пойдут Нобелевские лауреаты, я бы не стал. В Вышке дают прекрасное образование, но пока нашей экономической науке от роду два десятка лет, ничего такого нобелевского я не вижу. Да и вообще, по-моему, вряд ли можно делать целенаправленно Нобелевских лауреатов. Нужно просто готовить хороших специалистов: много — обыденного уровня и мало — штучных, из которых и может вырасти что-то большое.


© АЛ "Веди" 2007; www.vedi.ru.